Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий
(1Кор.13:1)

СОБОР ПОМЕСТНОЙ АЛЕКСАНДРИЙСКОЙ ЦЕРКВИ 1867 ГОДА. ПАТРИАРХ КОНСТАНТИНОПОЛЯ РАВНОЧЕСТНЫЙ С ПРОЧИМИ ПАТРИАРХАМИ И НЕ ИМЕЕТ ВЛАСТИ ВМЕШИВАТЬСЯ В ДЕЛА ИХ

26.07.2018

Фанариоты, то есть защитники идеи вселенской власти (примата) Константинопольского Патриарха, всегда подчёркивают, что последний "является господином над всею Церковью" (из письма Патриарха Калиста I Патриарху Тырновскому в 1355 году), "главой не только своих близких, но и и дальних членов и частей" (из акта избрания в Александрийского Патриарха  Матфея при Патриархе Паисии II в 1767 году), и что ему, якобы вверяется "общая забота и надзор над всеми Церквами" (из акта избрания на антиохийский престол Даниила при Патриархе  Самуиле в 1767 году) и т.д.

Но, вот что определила поместная автокефальная Александрийская Церковь своим соборным постановлением 1867 года, - Церковь, глава которой имеет древний титул "Судия вселенной":

"Поместный Собор в Египте согласно Божественным и святым канонам и постановлениям богоносных отцов Единой Святой Соборной (Кафолической) и Апостольской Церкви объявляет, что Патриарх Константинополя не пользуется никаким преимущественным правом перед прочими Патриархами, но является равночестным с остальными, нисколько не имея вне своего округа, власти вмешиваться в дела их". (Цитируется по статье С. Троицкого "Как привести к концу возникший спор?" (ЖМП, 1950, № 3,с. 51).

В 1920 году Константинопольский Патриарх  Иоаким III направил "Окружное послание Церквам Христовым, посюду находящимся", ставшее ещё одним камнем преткновения в отношениях Константинополя к Поместным Церквам. 

В энциклике  заявлялось, что  Константинополь допускает сближение и общение инославных христианских Церквей при наличии догматических различий. Для этого достаточно прекратить прозелитим и возгревать взаимную любовь. В энциклике выражалась уверенность в согласии всех Церквей с мнением Константинополя. Погрешность энциклики заключалась в том, что она содержала положения вероисповедного характера, составленные без предварительного согласия с другими Цеквами, но преподносимыми Константинополем так, как будто они приняты всем  Православием. По сути это была первая в ХХ веке публичная попытка Константинополя подменить собой всю Семью православных поместных автокефальных Церквей, попытка явить поместным Церквам некий вселенский константинопольский примат учительства.

В своё время Предстоятели Церквей Александрийской (св. Кирилл) и Антиохийской (Иоанн) вразумляли Константинопольского Предстоятеля Нестория, уклонившегося в пагубную христологическую ересь. Также поступил и Патриарх Александрийский святой Иоанн Милостивый, обличая в ереси монофелитства Патриарха Константинопольского  Сергия. Святой Патриарх Тихон, исповедник Всероссийский, не признал вмешательство  Константинополя в дела Русской Церкви, признавшего обновленцев "законной церковью" в России и одобрившего упразднение в ней патриаршества, совершённое раскольниками-обновленцами по указке большевиков.

В свете анализа совокупности церковно-исторических прецедентов "догмат" о восточном папе Нового Рима, сформировавшийся в недрах средневековой канцелярии фанарской резиденции Константинопольского Патриарха, вызывает, по меньшей мере, недоумение и порождает закономерный вопрос: "А, за что же тогда боролись восточные православные, веками оспаривая и отвергая вселенскую юрисдикцию и безошибочное вселенское учительство Папы Римского?!". 

АНДРЕЙ ВЫШГОРОДСКИЙ, кандидат богословия.

Примечание: в настоящеей публикации ипользована или цитируется статья: "Константинопольский Патриархат и проблемы диаспоры", ЖМП, №№ 9-10,1989 год. Сообщение обновлено.

 

К списку событий